От роскошной виллы Николая Бореева остался только чёрный обугленный скелет. Дом, который ещё несколько дней назад выглядел как рекламная картинка богатой американской жизни, теперь напоминал огромный крематорий. Из проломов окон всё ещё лениво тянуло дымом. Где-то внутри конструкции периодически трещали догорающие балки. Воздух был тяжёлым от запаха гари, плавленого пластика и мокрого пепла.
Перед руинами стояла группа людей. В центре — Джейкоб. Рядом сотрудники Федеральное бюро расследований, пожарные, полицейские и технические специалисты.
Ночь уже постепенно отступала. Над океаном медленно серело небо. Но никто здесь даже не думал расходиться. Потому что слишком многое в этом пожаре выглядело неправильным.
Командир пожарного расчёта снял каску и устало вытер мокрый лоб.
— Здание практически полностью выгорело, — начал он доклад. — Обнаружен один труп, предположительно мужчина. Других пострадавших нет.
Он бросил взгляд на дымящиеся руины.
— Вероятность повторного возгорания исключена, но один расчёт мы всё равно оставим здесь ещё на пару часов.
Джейкоб молча кивнул.
— Причину пожара установили?
Пожарный поморщился.
— Пока рано говорить однозначно. Но могу сказать точно: дом совсем недавно проходил проверку на соответствие пожарной безопасности. Нарушений не выявлялось.
Он немного помолчал.
— Либо поджог, либо очень серьёзное нарушение эксплуатации. Слишком быстро всё разгорелось.
— Сигнализация?
— Вот это как раз странно.
Пожарный нахмурился.
— Почему она не сработала — пока непонятно. Такое ощущение, будто система просто умерла ещё до начала пожара.
Джейкоб внимательно посмотрел на догорающий дом. Именно такие мелочи ему и не нравились. Слишком много странностей.
— Благодарю за работу, — спокойно произнёс он. — Подготовьте к завтрашнему вечеру полный отчёт. Особенно меня интересует техническое заключение экспертов.
— Постараемся успеть.
Пожарный ушёл к своим людям. Джейкоб ещё несколько секунд стоял неподвижно. Потом направился к карете скорой помощи. За ним сразу двинулась небольшая группа сотрудников контрразведки — заспанные, помятые, поспешно выдернутые ночью из собственных постелей.
Возле машины стояли мобильные носилки. На них под белой простынёй лежало обугленное тело. Рядом ожидал врач.
— Некроз кожи и подлежащих тканей четвёртой степени, — сухо произнёс он. — Практически стопроцентное обугливание поверхности тела. Врач чуть пожал плечами.
— Проще говоря — тело почти полностью сгорело.
Один из молодых агентов невольно отвёл взгляд. Запах был тяжёлый. Очень тяжёлый.
— Причину смерти установите? — спросил Джейкоб.
— Только после вскрытия.
Врач осторожно приподнял край простыни. Под ней мелькнуло нечто чёрное, потрескавшееся и уже почти не похожее на человека.
— На первый взгляд признаков насильственной смерти нет. Но в таком состоянии утверждать что-либо рано.
Джейкоб смотрел на тело долго. Слишком долго. Потом тихо спросил:
— Рост совпадает?
Один из агентов открыл планшет.
— Примерно да.
— Вес?
— С учётом повреждений трудно определить.
— Украшения? Часы? Личные вещи?
— Почти ничего не сохранилось.
Это тоже не понравилось Джейкобу. Он медленно перевёл взгляд на остатки дома. Слишком сильный пожар. Слишком чистое уничтожение. Слишком много случайностей. Профессиональное чутьё уже начинало тихо скрести где-то внутри. Но пока факты говорили одно: Бореев мёртв.
— Тело в нашу лабораторию, — наконец произнёс он. — Пусть работают максимально быстро.
Он повернулся к одному из сотрудников:
— Мне нужен предварительный отчёт к завтрашнему вечеру. ДНК, токсикология, всё.
— Понял.
— И ещё…
Джейкоб снова посмотрел на тело.
— Полную стоматологическую идентификацию.
— Есть.
Он двинулся дальше. Под ногами хрустели стекло и мокрый уголь. Один из агентов осторожно спросил:
— Вы думаете, это не он?
Джейкоб ответил не сразу.
— Я думаю… русские редко умирают вовремя.
Группа подошла почти вплотную к развалинам дома. Несколько пожарных продолжали проливать водой дымящиеся конструкции. В сером утреннем свете пепелище выглядело особенно жутко. Когда-то дорогая гостиная теперь напоминала внутренности печи. Обгоревший каркас дивана. Расплавленный телевизор. Провалившийся потолок. И полное ощущение того, что огонь что-то очень старательно скрывал. Джейкоб остановился.
— Здесь оставляем круглосуточную охрану до полного завершения работы экспертов.
Он ткнул пальцем в сторону дома.
— Никого постороннего.
— Понял.
— И вызовите сюда криминалистов. Полностью.
Один из агентов удивлённо поднял брови:
— Полностью?
— Полностью.
Джейкоб медленно оглядел пепелище.
— Пусть перекопают здесь каждый сантиметр.
Он прищурился.
— Что-то мне подсказывает, парни… русские не любят оставлять после себя такие красивые пожары просто так.
Сотрудники быстро разошлись выполнять распоряжения. Джейкоб остался стоять один. Над руинами медленно поднимался утренний дым. А где-то глубоко внутри у американца всё сильнее росло неприятное ощущение: он всё-таки опоздал.